|    1$: 64.4326 1€: 72.6993
Магнитогорск
C

Красота на кончиках пальцев. «Один день» на мебельной фабрике. Продолжение


    Фото: автора

Магнитогорск. На «Магнитогорской Фабрике Мебели» работают люди, влюбленные в красоту и свою работу. Их труд завораживает.

 

Продолжение. Начало здесь.

Под советским плакатом

В цехе уже нет суеты сборов, народу намного меньше, но все чем-то заняты. Только сейчас замечаю, что здесь много женщин. Начинается все с оператора Надежды Пашиной. Это она раскраивает листы ЛДСП на большие и маленькие прямоугольники, из которых потом сделают нужные детали.

Куском графита она пишет размеры на будущих деталях, которые выдает станок, и кладет их на тележку. На подставку – отходы, в ящик – совсем мелкие обрезки. Тележка по рельсам поедет по цеху, отходы еще пригодятся кому-нибудь в хозяйстве (население выписывает их как дрова), а мелочь – на свалку.

В станок SIGMA можно заложить несколько листов сразу, он их распилит с невероятной точностью. Надежда Пашина может оценить значение такого агрегата для всего производства – она на фабрике работает с 80 года, пришла сюда сразу после окончания училища.

«На этот заказ, шкаф и тумбочку, у меня ушло минут 10, раньше бы – у-у-у! – час, не меньше, – прикидывает оператор. – И мы бы это еще 33 раза перерабатывали, потому что отдала бы я все в грязном размере. А я отдаю в чистовом, и детали сразу идут на кромку, потом на присадку и все такое».

Многое в цехе напоминает то время, которое помнит Надежда Пашина. Над ее станком написано: «Самый рациональный путь – путь всемерной экономии». Советские плакаты, стенды здесь не снимают. И даже свежие напоминалки о том, что рабочее место следует содержать в чистоте, сделаны по мотивам еще большевистского плаката «Ты записался добровольцем?»

Разговор о красоте

Мастер Андрей Исаев приносит мне две сосновые рейки: одна гладкая, обычная, другая – в мелкую канавку, обнажающую естественный рисунок древесины. Андрей Михайлович подводит меня к участку, где работают с натуральной древесиной. И сейчас в работе необычный заказ: над воротами в Станицу Магнитную, которые встали не так давно напротив арены «Металлург», нужно сделать козырек. И ворота, и колодец рядом с ними – свежая работа «МФМ». Но выглядят они так, будто им много-много лет.

«Это рустированное дерево – искуственно состаренное, – объясняет мастер. – Железной щеткой выбираются мягкие волокна, а смолянистые остаются, затем покрываются краской».

Станочник Валерий Самохин любит работать с сосной, говорит, что она мягче другой древесины. Бук и дуб ему нравятся своей структурой – красивые.

О красоте здесь говорит каждый второй. О том, что работа нравится, – каждый первый. Могут и не говорить – это и так заметно. Три шлифовщицы готовят детали под покраску. Вся информация о гладкости доски у них на кончиках пальцев: каждый миллиметр они прощупывают и проглаживают. То, что шпаклюют, мой глаз не берет – мне и так все кажется невероятно гладким, а они раз за разом перепроверяют и шлифуют.

«Побольше деталь удобнее шлифовать, – говорит Юлия Пашина. – Маленькие ездят. Да вы лучше с Ларисой поговорите, она опытная».

Лариса Степанова говорит, что на шлифовке, даже со станком, много ручной работы. В окрашенном виде очень красиво получается. Спросите у Полины, она тут самая опытная, профессионал.

Женщины, будто на конвейере, передают свое уважение друг другу. И чувствуется, это не попытка свернуть разговор.

Творческая работа

Полина Макарова на фабрике 29 лет. Она и шлифует детали под покраску и сама их красит пистолетом. Говорит, что краска за годы изменилась. Во-первых, сохнет быстрее, потому что двухкомпонентная, есть в составе отвердитель. Во-вторых, экологичнее. В-третьих, цветов бесчисленное множество. При этом опытный отделочник изделий из древесины любит естественные цвета, нежные, и так, чтобы рисунок дерева было видно.

«У меня же творческая работа, интересная. Конструкторы что-то придумывают, и я должна свое вложить, чтобы получилось красиво».

Есть еще один способ «окрашивания» мебели – специальной пленкой ПВХ под прессом. Но прежде чем в него отправить деталь, над ней колдует оператор автоматических линий Марина Клюева.

На ее работу можно смотреть часами. Я начала до обеда, после снова вернулась к ней. Марина берет отшлифованную деталь, сдувает с нее все пылинки специальным пистолетом. Не осталось ли чего – проверяет, как коллеги, подушечками пальцев. Затем из пульверизатора наносит на деталь клей. Делает все это перед водяной вытяжкой, в обнесенной брезентом камере. Деталь кладет на стол, причудливо обросший клеем. Кажется, будто работает в волшебной пещере.

Затем она выкладывает на стол пресса дощечки, будто собирает пазл. На него она положит деталь. И уголки – чтобы пленка «видела края». Долго разглаживает пленку. Потом все укладывает на стол. Подходит к монитору станка, говорит «С богом!» и нажимает кнопку. Деталь уползает в станок и через несколько минут возвращается с новым глянцевым покрытием. Красота!

Кто сказал «КРЯ»?

У каждого здесь своя красота. Оператор автоматической линии Наталья Головачева принимает деталь от станка, который приклеивает кромку:

– Смотрите, как красиво!

Сегодня у нее есть время на любование, но бывает, что за смену она расходует по 800 метров кромки.

– Сейчас кряшку сделаю, и за следующий заказ.

– Кряжку? – переспрашиваю я, а про себя бубню: «Кряга, коряга».

– КРЯ – это кровать с ящиками, – Наталья приносит мне спецификацию. И смотрит в следующую, на которой написана фамилия заказчика. Кроме плана предприятия по изготовлению мебели, есть частные заказы.

В стороне Ирина Башкаева красивым почерком подписывает упакованную мебель. Ей помогает кот Шкантик. Кто-то зовет его Рыжим, кто-то хозяином тайги. Он тут всем помогает.

Ирина работает на участке мягкой мебели обойщиком. Почти два года. Так увлеклась, что даже дома детский диван сама перетянула. Сегодня основной работы у нее пока нет, поэтому занимается упаковкой. Здесь не принято сидеть. В любой ситуации каждый находит себе применение. Нет работы у станка – идем на контрольную сборку. Это когда из одной партии берутся детали из разных комплектов и собираются в один. Собралось – брака нет. Его почти и не бывает. Присадка, это изготовление сборочных и монтажных отверстий, производится на станках с ЧПУ.

Не «Сталинград»

На сборке иногда работает и оператор автоматических линий Максим Мезенцев. Но не сейчас.

– Кто мне поможет? – подходит он к операторам Наталье Головачевой и Людмиле Бойчан.

– Выбирай!

Максим только что придал форму будущей столешнице из искусственного камня на одном умном станке и вместе с мастером переложил его на другой. Сегодня второй станок не понадобится, будет выполнять функцию стола. С Натальей они приклеивают боковины столешницы и зажимают их в тиски. Клея Максим не жалеет. Приклеив, идет за растворителем и грузами. 

Максим Мезенцев пришел на фабрику лет пять назад после того как бросил микроэлектронику в университете и выучился на станочника. Его и сейчас впечатляют станки, с которыми работает каждый день:

«Ни у кого в городе такого и нет. Если в фирме работать, там станки не с ЧПУ. Просто выставил сверло, просверлил. Не так интересно».

Но ценит он не только оборудование, но и коллектив. И искренне жалеет, что читатели не со всеми познакомятся.

«Обычно у нас тут много народу, все бегают. Бывают смены такие, что мы называем их «Сталинград», ну».

К концу рабочего дня – в мебельный магазин на Завенягина, где наиболее широко представлена продукция «Магнитогорской Фабрики Мебели».

После цеха в магазине – как на выставке. Эту мебель, кажется, и в Европе можно выставлять. Понимаю, что в основе такой разной и красивой мебели – одинаковые листы ЛДСП, но что с ними сделали люди! Умные станки – лишь помощники. Хочется на шкафах, комодах, кроватях – на всем-всем повесить бирки «Ручная работа». И «Сделано с любовью».

А наш «Один день» заканчивается. Мечта сбылась.  

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев

Ваше имя: *
Ваш e-mail: *